Кто такой Иван Африканыч?

Однажды ёжик Вовка принёс в зоопарк потрясающую новость: в городе открылся Цирк!

— Я сам видел, — рассказывал Вовка. — Старое здание отремонтировали — раз! Афиши повесили — два! Клоунов целый автобус завезли — три! И зверей разных видимо-невидимо — четыре! Зверей видимо-невидимо, а ни одного ежа нет. Так что вы как хотите, а я иду устраиваться на работу. Пять!

— А тигры там были? — спросил бенгальский тигр Кузьма Егорыч.

Для цирка он был, конечно, староват. Просто ему хотелось увидеть кого-нибудь из земляков.

— А крокодилы? — загорелся крокодил Виктор. — Крокодилов не видел?!

— На тигров и крокодилов я не обращал внимания, — честно признался Вовка. — Я больше на клоунов смотрел.

— Ну, уж павлина-то у них точно нет, — сказал павлин Федот Федо- тыч. — Павлин — птица редкая!

Старусиха Эмма хотела спросить про страусов, но застеснялась.

— Больше вопросов нет? — спросил Вовка. — Тогда покатились.

Звери выбрались через знакомую дырку в заборе и припустили по направлению к цирку.

— Где тут у вас директор? — деловито спросил Вовка у вахтёра, сидевшего в большой блестящей тумбочке.

— Иван Африканыч занят, — растерянно сказал вахтер. — У него репетиция.

— Мне по важному государственному делу, — заявил Вовка. — А они — со мной.

Вскоре звери оказались перед дверью, над которой горела надпись:

ТИХО! ИДЕТ РЕПЕТИЦИЯ!

— Надо бы обождать, — сказал рассудительный Кузьма Егорыч. — Директора — народ серьёзный. Могут и выгнать.

— Это мы сейчас узнаем, серьёзный он или несерьёзный. — Ёжик Вовка привстал на цыпочки и заглянул в замочную скважину. — Ух ты, — удивился он. — Оказывается, директор у них — Удав!

— Дай-ка взгляну, — сказал Кузьма Егорыч и, приложив глаз к скважине, заявил: — Где же ты видел удавов с клыками? Иван Африканыч не удав, а кабан!

— Нет, удав, — возмутился Вовка. — Что же я, по-твоему, кабана от удава не отличу?

Крокодил Виктор растолкал остальных и прильнул к отверстию.

— Иван Африканыч — бегемот! — торжественно объявил он. — Видели, ножищи какие?

— А ну отойдите, — к двери важно засеменил Федот Федотыч. — Ха- ха-ха! Бегемот с крыльями?!.. Иван Африканыч — гриф или орёл!

— А я говорю, бегемот!

— Удав!

— Кабан!

Страусиха Эмма осторожно вытянула шею, и хвост у нее задрожал, как пальма на ветру.

— Дракон, — прошептала она чуть слышно. — С-с-саблезубый!

Дракон?.. Какой ещё дракон?! — зашумели все.

Тут дверь приоткрылась, и из нее выглянул небольшой человек в цилиндре и черном фраке.

— Что за шум? — строго спросил он.

Звери растерялись.

— Простите, нам нужен директор Иван Африканыч, — выдохнул ёжик Вовка.

— Иван Африканыч — это я! — сказал человек.

— Надо же! — удивился Вовка. —

А я думал, вы — Удав…

— Или кабан!

— Или орёл!

— Или бегемот!

— Удав, или кабан, или бегемот?! — растерянно спросил директор, оглядывая себя, и вдруг засмеялся. —

Это вы, наверное, Соломона видели.

Мы с ним новый номер репетируем.

Увидев недоумение посетителей, директор широко распахнул дверь… И все увидели большого африканского слона в разноцветной попоне.

Соломон расхаживал по арене, жонглируя на ходу различными предметами. Заметив Вовку и остальных, он улыбнулся и в знак приветствия взмахнул огромными ушами.

— Все понятно, — надулся Федот Федотыч. — Просто я увидел уши.

— А я — бивни!

— А я — ноги!

— А я — хобот!

— А ты? — обернулись все к Эмме. — Ты ЧТО видела?

— Ничего, — смутилась страусиха. — Я просто подумала, что змей с огромными лапами и крыльями — это дракон! А если с клыками — значит, саблезубый! И зажмурилась.

Иван Африканыч так развеселился, что разрешил гостям остаться на репетиции. А после дал всем по контрамарке и пригласил на вечернее представление.

Ёжик Вовка, правда, выпросил ещё одну. Ведь его обещали взять на работу, если он принесёт справку от директора зоопарка Льва Павлиныча Комарова!